На пляже Хайдебад (Heidebad) в городе Галле (земля Саксония-Анхальт) ввели языковой контроль на входе. Посетителям, недостаточно хорошо владеющим немецким языком, отказывают в доступе. Директор комплекса и спасатель Маттиас Нобель объясняет это решение вопросами безопасности: после недавнего инцидента, когда ему пришлось спасать тонувшего ребенка, проигнорировавшего запрещающие знаки, руководство пришло к выводу, что посетители должны понимать правила поведения на воде. Поскольку правила и инструкции спасателей размещены только на немецком языке, администрация решила ограничить вход для тех, кто не может их воспринять.
Нобель подчеркивает, что сотрудники оценивают ситуацию индивидуально: «Если на вопрос «сколько лет ребенку» ответа нет, я понимаю, что меня не понимают». При этом он утверждает, что пляж открыт для всех, кто осознает правила безопасности, приводя в пример семью из Пакистана, которую пропустили после того, как убедились в их понимании инструкций. В соцсетях администрация заявляет, что «Хайдебад олицетворяет разнообразие и мирное сосуществование».
Решение вызвало широкий резонанс. Мэрия Галле подвергла действия руководства резкой критике, подчеркнув, что подобные меры могут быть расценены как ксенофобские и вредят имиджу города. Представитель администрации Драго Бок призвал оператора отменить запрет, отметив, что договор обязывает владельца предоставлять доступ к комплексу для широкой общественности. В качестве альтернативы власти предложили использовать понятные всем пиктограммы или QR-коды с переводом правил на разные языки.
Немецкая ассоциация спасателей (DLRG) также не поддержала инициативу, назвав её «неправильным подходом», который не должен создавать прецедент. Организации мигрантов (LAMSA) назвали тотальный запрет избыточным. Ситуация уже спровоцировала протесты: в ночь на 24 июня вход на пляж был обмотан лентами с надписью «закрыто из-за расизма», а на 27 июня запланирован митинг против «правой политики».
Эксперты отмечают, что ситуация находится в «серой зоне». По данным Федерального агентства по борьбе с дискриминацией, требование знания языка формально не является прямой дискриминацией по этническому признаку. Однако юристка Леони Тум отмечает возможность косвенной дискриминации. Вопрос о том, смогут ли суды доказать связь между языковым требованием и этническим происхождением, остается открытым.
Мнения пользователей соцсетей разделились. Сторонники администрации поддерживают приоритет безопасности над прибылью, тогда как противники указывают на абсурдность ситуации, отмечая, что «спасатели уже почти 200 лет успешно общаются с помощью свистков и жестов».